ГлавнаяПрессаПресса за Ноябрь 2012Газета «Юг»: «Счастливая фортуна Анатолия Бойко»

16 Нояб.

Газета «Юг»: «Счастливая фортуна Анатолия Бойко»

Его глубокий сочный голос сразу приковывает внимание окружающих, выделяет из толпы, заставляет оборачиваться и всматриваться в его обладателя. Так, едва заслышав его в общественном транспорте или в магазине, люди непроизвольно задаются вопросом: кто этот высокий статный человек — священник или генерал с командным голосом?

Народный артист Украины Анатолий Бойко — звезда Одесской оперы, глубокий бархатный бас которого не устает нас удивлять и восхищать (внимание!) уже сорок лет. В далеком теперь уже октябре 1972 года он стал солистом Одесского театра оперы и балета. За четыре десятилетия Анатолий Иванович исполнил все ведущие басовые партии, о которых только может мечтать певец, и продолжает сегодня преданно служить искусству, радуя публику своим блистательным талантом.

Мы встретились с Анатолием Ивановичем днем у служебного входа театра, прошлись гулкими пустыми в это время коридорами, заглянули в зрительный зал, послушали немного репетицию оркестра и остановились на ступеньках одной из роскошных парадных лестниц театра.

— А знаете, — говорит Анатолий Иванович, — ее долгое время величали в театре лестницей оперников: здесь была портретная галерея ведущих артистов театра. Вскоре после моей победы на Всесоюзном конкурсе вокалистов имени Глинки, году в семьдесят четвертом, появился тут и мой портрет. И меня, молодого в то время юношу, то и дело тянуло пройтись лишний раз по лестнице, чтобы посмотреть на свою фотографию, которая красовалась рядом с портретами звезд оперы: народной артистки СССР Нинель Ткаченко, народных артистов Украины Анатолия Рихтера, Анатолия Базарченко, Николая Огренича… Мне повезло работать с ними.

Оглядываесь назад, вспоминая важные вехи жизни, ведущий солист оперы признался: он и представить себе не мог, что будет служить в театре и что вокал станет его призванием и судьбой.

Анатолий Бойко родился и вырос в семье военнослужащего. Отец был военным летчиком, никаких предпосылок для будущего выдающегося баса. А вот мама, будучи женой офицера, всегда пела в художественной самодеятельности. Хорошие вокальные данные ей достались от отца. Нет, он не был певцом, имел крепкую мужскую профессию, был знатным краснодеревщиком в своем селе. Анатолий помнит, как в детстве, когда семья военного переезжала из города в город, неизменным атрибутом их небогатого скарба был красивый сундук, мамино приданое, который дед сделал своими руками. Так вот, дед Антон обладал великолепным, сильным от природы голосом, и когда во время семейных праздников он запевал, его слышала вся деревня. Как говорит сам Анатолий, ему от Боженьки и от деда достался голос октависта, крепкие хорошие низы.

От деда Бойко взял не только красивый голос, но и умение мастерить своими руками — он самостоятельно сделал двери, окна, оборудовал балконы и даже выложил во всех трех комнатах своей квартиры паркет.

В детстве родители отдали мальчика учиться в музыкальную школу по классу аккордеона. И он какое-то время послушно растягивал меха инструмента. Но однажды зимой Толя ехал на велосипеде на урок с аккордеоном на плечах. Был гололед, он упал, разбился сам и разбил инструмент. На этом его карьера аккордеониста и закончилась.

О своих незаурядных вокальных способностях Анатолий Бойко долгое время и не подозревал. Мечтал стать спортсменом, имел необходимые для этого физические данные, занимался боксом, борьбой, волейболом.

Почувствовать возможности голосовых связок юноше помог случай. На выпускном вечере на спор с ребятами он спел популярную в то время песню «Московские окна». Хотелось произвести впечатление на нравившуюся ему девушку.

Но и после успеха на школьной сцене его жизненные планы не изменились. Он думал пойти по стопам отца — служить в авиации. Но тут вмешалась мама, которая решительно этому воспротивилась. Не хотела бессонными ночами вслед за мужем дожидаться возвращения сына. И из Армавира, последнего места службы отца, где тот возглавлял авиационное училище, Анатолий уехал после школы в Одессу. А следом за ним сюда перебралась и вся семья.

И в Одессе юноша поначалу не мечтал о музыкальной карьере, решив выбрать надежную специальность в политехническом институте. Но судьба распорядилась иначе.

Как-то, гуляя по Дерибасовской, Анатолий с друзьями зашел во внутренний дворик «Пассажа», под куполом которого оказалась замечательная акустика. И юноша в этом удостоверился, с удовольствием исполнив под сводом старинной арки народные песни: «Вдоль по Питерской», «Взял бы я бандуру», «По диким степям Забайкалья». Надо же такому случиться, что его услышал проходивший мимо легендарный создатель школы хорового пения в Одессе Константин Пигров. Он пригласил Бойко прийти на прослушивание. С этого все и началось.

Вскоре Анатолий Бойко поступил в музыкальное училище на хоро-дирижерское отделение, где получил азы музыкального образования. Там незаменимую роль в его становлении сыграл заведующий хормейстерским отделением Виктор Александрович со звучной фамилией Верди. А через полтора года способного юношу призвали в армию. Будущий оперный бас попал в ансамбль песни и пляски Одесского военного округа. Сначала пел в хоре, потом выдвинулся в солисты. В ансамбле была организована молодежная группа, и когда весь коллектив находился в отпуске, солдаты срочной службы Одесского военного округа давали концерты в сельских клубах, на танцплощадках, в полевых условиях.

На втором году службы во время концерта в Доме офицеров Анатолия Бойко и его закадычного друга Руслана Мудрякова случайно услышал педагог консерватории и настоял, чтобы ребята пришли на прослушивание на вокальный факультет. Так они впервые переступили порог класса Ольги Благовидовой, замечательного педагога, воспитавшего целую плеяду певцов.

— Мне по жизни сопутствовала удача, — рассказывает Анатолий Бойко. — Когда я был на распутье, судьба как будто направляла меня, подсказывала, сводила меня с замечательными людьми. Я многим обязан Ольге Николаевне Благовидовой. Она была моим главным учителем и нашей второй мамой. Школа Благовидовой и сегодня известна во всем мире. Ее ученики Белла Руденко, Николай Огренич, Таисия Мороз, Алиса Джамагорцян, многие профессора и преподаватели нашей консерватории, а также поющие и выступающие ныне солисты разных театров. В ее классе были все голоса — сопрано, меццо, басы, баритоны, тенора… И к каждому она умела найти индивидуальный подход.

Учась в Одессе, Анатолий параллельно еще и работал. После службы в армии завершал строительство общежития консерватории на Комсомольской. Там ему дали комнатку, в которой он жил все годы учебы.

После окончания консерватории трех молодых однокурсников-выпускников — Анатолия Бойко, Ваню Пономаренко и Руслана Мудрякова одновременно приняли в Одесский театр, поначалу в стажерскую группу. Новичкам нужно было освоиться в коллективе, преодолеть робость, выходя на сцену. И только через полтора года, осенью 1972 года, Бойко был зачислен в штат театра.

— Нас, стажеров, вводили в спектакли постепенно, давая совсем небольшие партии, роли, — делится воспоминаниями Анатолий Бойко. — Но отношение было благожелательное. Я и сейчас помню маленькую роль командира корабля в опере Губаренко «Гибель эскадры». Но для меня был важен сам факт участия в спектакле, в котором поют мэтры театра. Для нас, молодых артистов, это была большая честь. Мы тогда очень дорожили каждой маленькой ролью, каждой афишей, программкой театра, где мелькнули наши фамилии, старались не болеть в эти дни, чтобы нас не заменили, берегли голоса. Как сейчас помню свою первую большую роль, это партия графа Феррандо в опере «Трубадур».

А дальше было две крупные, очень значимые победы — на Четвертом Всесоюзном конкурсе вокалистов имени Глинки в 1973 году и на Международном конкурсе имени Чайковского год спустя.

— Это был одесский триумф, — рассказывает Анатолий Бойко. — На конкурсе Глинки все дипломы и награды тогда взяли ученики Ольги Благовидовой. То же произошло и на Международном конкурсе Чайковского. Ваня Пономаренко завоевал золото, я занял третье место. А Саше Ворошило предложили работать в Большом театре в Москве, и он без стажировки был зачислен в труппу Большого. Вот как сильна была в те годы одесская вокальная школа!

Много лестных предложений делали и Анатолию Бойко, звали в Москву, Ленинград, Киев. Не переманили. Предлагали заключить контракт с лондонским театром Ковент-Гарден. Но Бойко, понимая, что это будет билет в один конец, отказался, оставшись верным Одессе.

Уже сорок лет Анатолий Бойко выходит на поклоны к публике. Сколько за эти годы исполнено партий, сыграно ролей, и каких! Феррандо («Трубадур»), Борис («Борис Годунов»), Иван Хованский («Хованщина»), Кончак и Галицкий («Князь Игорь»), Алеко («Алеко»), Сальери («Моцарт и Сальери»), Собакин («Царская невеста»), Рене («Иоланта»), Гремин («Евгений Онегин»), Тибо («Орлеанская дева»), Мефистофель («Фауст»), граф Монтероне («Риголетто»), Петр I («Петр I»), Батько («Катерина»).

— Роли все любимые. Мне так повезло, — улыбается Анатолий Бойко. — Но ничего не дается легко. Работая над ролью, нужно ведь не только выучить ноты, но и войти в эпоху, почитать литературу. Успех — это, прежде всего, каждодневный упорный труд. И удача. Помню, как после спектакля «Иоланта», где я играл короля Рене, ко мне подошла матушка Серафима, настоятельница женского монастыря, и сказала: «Ты стоял на сцене по окончании спектакля в каком-то ореоле, зареве, под защитой от недобрых мыслей и помыслов. Я это хорошо почувствовала». Видимо, эта защита сопровождает меня по жизни.

За сорок лет творческой деятельности Анатолия Бойко сменилось пятнадцать (!) директоров и немногим меньше главных дирижеров. А он в свои шестьдесят шесть лет сохранил по-юноше-ски чистый и красивый голос, вызывающий восхищение, и продолжает служить сцене. Кроме того, Анатолий Иванович не один год возглавляет выпускную экзаменационную комиссию вокального факультета Одесской музыкальной академии.

— Есть хорошие талантливые ребята, — уверен А. Бойко. — Но к сожалению, их очень мало. В мое время классы были невелики. Нас, вокалистов-выпускников, на стационаре было всего восемь человек, и два студента-заочника. А сейчас ежегодно на вокальном факультете выпускается шестьдесят—семьдесят человек. Но это же невозможно! Качество заменили количеством. А раньше главным критерием было наличие голоса. И неважно, сколько лет обладателю тенора или баса. Например, солист нашего театра Владимир Тарасов поначалу окончил строительный институт, работал инженером по строительству. Но призвание взяло верх, и он поступил в консерваторию, когда ему было уже тридцать лет.

Принимая экзамены, Анатолий Бойко старается выяснить, своим или не своим делом занимаются студенты, прямо говорит, кому нечего делать в опере и лучше быть камерным певцом или заниматься преподавательской деятельностью. А самым бесталанным, скрепя сердце, поясняет, что их предел — исполнять караоке в клубах. В этом его принципиальная позиция.

Грустно только, что преемников не густо. Природа-матушка отдыхает? А может, отпугивают трудности профессии, каждодневный труд, необходимость беречь голос, этот капризный природный инструмент.

В чем же секрет уникального творческого дара Анатолия Бойко?

— Наверное, черпаю энергию от матушки Земли, стою крепко на обеих ногах, люблю своих близких, друзей, свою профессию. Люблю жизнь, — подытоживает Анатолий Бойко. — И стараюсь руководствоваться вечным постулатом: чем больше сделаешь добра другим, тем больше к тебе вернется. О чем мечтаю? Я уже достиг и перешел в своей творческой жизни точку кипения. Все, о чем мечтал, уже спето. И теперь просто радуюсь тому, что имею, каждой роли, которая была, есть и, уверен, еще будет.

Наталья Бржестовская
(газета «Юг», №77(16009) от 15 ноября 2012 года)