ГлавнаяРепертуарАрхив«Вселенная Вагнера»«Вагнер как феномен современной культуры». Эссе Александра Курмачёва

«Вагнер как феномен современной культуры». Эссе Александра Курмачёва

Это он погасил свет в зрительном зале. Это он изобрёл новые духовые инструменты. Реформировал состав оркестра. Ввёл невиданную доселе поэтическую аллитерацию (повторение одинаковых и однородных согласных для усиления акустического эффекта восприятия слов) в сложнейшие философско-поэтические тексты своих музыкальных драм.

Имя Рихарда Вагнера в истории музыкальной культуры всегда будет связано с революционным переосмыслением самой природы музыкального театра, а его знаменитая концепция «Gesamtkustwerk» - преображения (программирования!) действительности посредством взаимодействия всех видов искусства - величайшее открытие, нашедшее своё наивысшее воплощение в современном кинематографе!

Не только своими философскими воззрениями, но и своими музыкальными творениями Вагнер на многие десятилетия опередил историю развития театрального искусства. Недаром когда сегодня новичок впервые сталкивается с творчеством Р.Вагнера, он испытывает ощущение прикосновения к очень современной эстетике, и неудивительно, что наиболее яростными поклонниками музыки великого немецкого романтика XIX в. нередко становятся рокеры и фанаты «хэви-метал».

Чтобы понять суть этого явления, до сих пор влияющего на наши умы и эмоции, лично мне пришлось обратиться к одному из самых знаковых произведений современной культуры – экранизации романа Толкиена «Властелин колец», осуществленной в 2001-2003 гг. Питером Джексоном. И дело не только в удивительных спецэффектах, использованных в этом фильме для визуального воссоздания реальности, на сотворение которой Толкиена вдохновило именно творчество Р.Вагнера, а в сугубо музыкальном феномене этого произведения, своими корнями уходящем в природу одного из самых сложных синтетических жанров музыкального театра, которым является… опера! В опере, как известно, все либо поют, либо говорят под музыку (речитативы). Так вот, в фильме Джексона ни одна фраза, ни один эпизод не случаются без музыкального сопровождения, созданного канадским композитором Говардом Шором. Интересно, что у Шора множество разных музыкальных тем выполняют функцию «визитных карточек» (лейтмотивов) для отдельных образов, героев и даже событий. Эти темы возникают в фильме тогда, когда появляется или упоминается то или иное явление, то есть музыкальное сопровождение этой кинотрилогии полностью повторяет концепцию создания наиболее знакового произведения Вагнера – философского откровения о природе власти и любви – гигантской эпопеи «Кольцо Нибелунга», общее время звучания которой составляет свыше 15 часов, а исполнение которой можно приравнять к настоящему подвигу – не только художественному, но и физическому (известны случаи невероятного истощения и даже смерти исполнителей, принимавших участие в работе над вагнеровскими шедеврами).

Почему из всего наследия Вагнера, среди которого даже яростные противники непростых для восприятия опусов композитора выделяют прежде всего «Тристана и Изольду», «Тангейзера» и «Парсифаля», я хотел бы обратить внимание на «Кольцо»? Дело в том, что именно в «Кольце Нибелунга» Вагнер раскрывается не только как непревзойденный мелодист, театральный новатор и реформатор оркестра, но и как философ, опередивший время и оставивший своим потомкам массу откровений, имеющих непосредственное отношение к нашей жизни. Центральная идея «Кольца» состоит в препарировании природы власти и её зависимости от любви. По сюжету, лишь тот, кто отказывается от любви, от самопожертвования, от восторга эмоциональной зависимости от другого человека, - только тот способен обрести всю необъятную полноту власти над другими. Немалое внимание в эпопее уделяется незаменимости лжи для реализации всей полноты власти. Но неслучайно значительный и важный период жизни Вагнера связан с именем баварского короля Людвига II, который, будучи страстным поклонником творчества Вагнера, сыграл важнейшую роль не только в обеспечении материальной независимости композитора, но и в его воззрениях на природу социального взаимодействия между людьми (политическая деятельность занимала Вагнера ещё до знакомства с Людвигом Баварским, но именно благодаря Людвигу у Вагнера появилась возможность непосредственного участия в политических интригах реальной управленческой бюрократии).

Используя полученный опыт как оппозиционной (до знакомства с баварским королём), так и непосредственно государственной политической активности, в своей эпопее Вагнер вскрывает природу Власти как высшую форму концентрации и воплощения такого человеческого чувства как Страх. Без Страха нет Власти. Власть перестаёт существовать тогда, когда мы перестаём бояться её носителя. В основе легитимности любой власти – наши страхи: страхи перед внешними или внутренними опасностями, страхи за своё здоровье, за своё будущее, за свою жизнь. Именно этой взаимозависимости Власти и Человеческого Страха посвящает свою главную работу великий немецкий гений. Именно это его откровение становится одним из важнейших даже не эстетических, а социологических и – шире – философских прозрений. И, как это ни странно, именно эта сторона работ Вагнера до сих пор остаётся на периферии внимания большинства исследователей его творчества. Именно эта важнейшая и актуальнейшая сторона его наследия затуманивается спорами о значении его в истории музыки.

Сегодня уже бессмысленно говорить о роли Вагнера в истории культуры как композитора: его место в ряду таких гениев как Моцарт, Вебер, Бетховен ни один разумный человек оспаривать не будет, а узнаваемость и популярность мелодии знаменитого «Полета валькирий» из второй части «Кольца» может сравниться, наверное, только с узнаваемостью и популярностью «Танца маленьких лебедей» из «Лебединого озера» (к слову, Чайковский испытал невероятное влияние Вагнера, и даже присутствовал в качестве специального корреспондента на премьере «Кольца» в знаменитом Байройтском Фестивальном театре, построенном специально для представления этой эпопеи!). Но не говорить сегодня о роли Вагнера как одного из наиболее значительных мыслителей, обобщивших в своих художественных (!) произведениях опыт социального взаимодействия человечества, - просто недопустимо. О том, что любовь сильнее смерти, человечество знало и до вагнеровских опусов, но то, что именно Вагнер впервые в мелодраматической форме показал нам, почему любовь несовместима с властью, почему любящий человек не может подчинять, ибо сам оказывается подчиненным и зависимым от объекта своего чувства, мы впервые узнали именно из «Тристана и Изольды», из «Тангейзера», из «Кольца Нибелинга». И неслучайно все герои Вагнера, облеченные властью и испытывающие чувство любви, так или иначе переживают «управленческое» фиаско! Такова же и судьба одного из главных героев «Кольца Нибелунга» - верховного бога Вотана: это судьба живого человека, разрывающегося между долгом, навязываемым ему служебным положением, и чувством, которое он испытывает сначала к сыну, а потом и к внуку. Гибель Вотана становится величайшей трагедией, драмой непримиримости живого человеческого чувства с природой подавления всего живого безжалостными механизмами Власти…

Кто из Художников прошлого оставил последующим поколениям что-либо более важное и ценное для их самопознания и самоидентификации? Что в мировом художественном наследии сегодня для нас представляет более серьёзный и важный интерес для понимания мотивационной базы тех или иных наших решений? Что сегодня нас беспокоит столь же постоянно и необъяснимо, как не отношения личности и государства? Удивительно ли, что именно сегодня вдумчивое восприятие произведений Рихарда Вагнера способно дать ответ на многие вопросы организации жизнедеятельности современного общества и помочь посредством эмоционального сопереживания героям вагнеровских мелодрам осознать социальную природу современного человека?


Видео

    Декабрь, 2016

    ПнВтСрЧтПтСбВс
       12345678910111213141516171819202122232425262728293031